Руководство по осаде крепостей

Взятие замков

Из-за быстрого распространения замков и укрепленных городов и их стратегического значения, взятие и защита крепостей были обычными военными действиями во времена позднего средневековья. Хотя удержать замок можно было малыми силами, для его взятия силы требовались большие. Нападающая сторона должна была иметь достаточно большую армию, чтобы контролировать местность вокруг замка, отбивать нападения освободительных сил и штурмовать крепость или, по крайней мере, держать плотную осаду. Это было дорогостоящим предприятием.

Как только войско приближалось к замку, местные жители обычно бежали внутрь, захватывая с собой все ценное, особенно продовольствие и оружие. Однако, если осада ожидалась длительная, крестьянам, не способным воевать, вход мог быть запрещен в целях экономии пропитания. Существует много записей о случаях, когда людей выгоняли из осажденных городов, чтобы сэкономить пищу. Когда английский король Генрих V осадил город Руан, защитники выгнали всех слабых и убогих. Англичане отказались пропустить этих несчастных через свои ряды. Старики, женщины и дети целые месяцы ютились между городом и английской армией, цепляясь за объедки и умирая от голода, пока город не сдался.

При приближении армии возможность сдачи и ее условия следовало обсудить немедленно, особенно если в замке или городе не хватало военных сил. Если переговоры не имели успеха, нападающие тщательно взвешивали шансы взятия крепости. Если быстрая атака была отражена или рассматривалась как слишком опасная, атакующие окружали замок и начинали осаду. После обстрела города осадной артиллерией осада считалась официально начатой. Отступить, не имея на то достаточных оснований, было постыдно и в большинстве случаев неприемлемо.

Продолжительная осада была своего рода общественным мероприятием. Произошедшая в пятнадцатом веке осада Нойса продолжалась всего несколько месяцев, но атакующие выстроили большой лагерь с тавернами и теннисными кортами. Дворяне, принимавшие участие в осадах, устраивались с удобством, часто привозя с собой жен и домочадцев. Торговцы и ремесленники из соседних городов, устремлявшиеся к месту осады, открывали лавки и оказывали различные услуги.

Правила осады

В то время замки и города очень редко можно было взять приступом. Атаки обычно проводились от отчаяния и гораздо проще было взять город предательством или хитростью. Если не считать случаев, когда в гарнизоне сильно не хватало военной силы, штурм просто стоил слишком многих жизней. Гораздо типичнее было организовывать осаду по господствующим канонам ведения войны и чести и взять замок с относительно малыми потерями. Для защитников капитуляция без борьбы была бы изменой, поэтому осада поддерживалась, и стены замка разрушались. Если владелец не находился в замке, его ответственный представитель, называемый кастеляном или комендантом, мог с честью сдать замок после многодневной осады, если на помощь не приходило освободительное войско. Кастеляны часто требовали заключения контракта, в котором бы точно оговаривались их обязанности и обстоятельства, при которых они не должны были понести наказание за сдачу замка.

В тех редких случаях, когда сдача была невозможна или такой возможностью пренебрегли, после успешного штурма не принято было проявлять милосердие. Рядовые солдаты и даже простые граждане могли быть жестоко убиты, а замок или город разграблен. Пленных рыцарей обычно оставляли в живых ради выкупа. Все нападающие получали свою долю награбленного. На практике такая политика была дополнительным стимулом для защитников договориться о сдаче после разумного периода осады. Король Англии Генрих V занял город Каен после длительной осады в 1417 году. Затем он позволил своей армии разграбить весь город в отместку за упорное сопротивление защитников. Все мужчины в городе, кроме священников, были убиты. Защитники следующего замка на его пути, Бонвиля, согласились сдать ключи через семь дней.

Крак-де-Шевалье был самым знаменитым замком крестоносцев на Среднем Востоке. Он расположен на территории современной Сирии и все еще производит большое впечатление. В эпоху крестовых походов его защищали рыцари-госпитальеры, и он выдержал более дюжины осад и нападений на протяжении более ста тридцати лет, пока, в конце концов, не пал под натиском египетских арабов в 1271 году. История его взятия была необычной, но типичной в том смысле, что защитники не стояли насмерть.

Арабы отказались от атаки главных ворот Крак-де-Шевалье, потому что, прорвавшись через них, они бы попали в чрезвычайно узкие проходы, ведущие ко вторым, еще лучше укрепленным воротам. Вместо этого они атаковали южную стену, сделав подкоп под юго-западный угол большой башни. Это позволило им проникнуть внутрь наружной защитной стены. Прежде чем начать атаку еще более неприступного центрального донжона, они попробовали уловку. В замок был отправлен почтовый голубь с посланием от Великого Магистра госпитальеров, содержащим приказ о сдаче. Превосходимые противником по численности и без надежды на помощь, защитники подчинились приказу, хотя и понимали, что он фальшивый, и с честью сдали огромный замок.

Подкопы

Ключевой проблемой при взятии замка или укрепленного города было преодоление стен, препятствовавших вхождению и защищавших обороняющихся. Одним из решений этой проблемы, было создание подкопов, прорытых так, чтобы обрушить стену. Это было возможно только в том случае, если перед замком не было канала или после его осушения. Сделать подкоп под стену, построенную на твердом камне, было невозможно.

Минеры прокапывали туннель до стены и затем вдоль нее под ее основанием. Туннель поддерживали бревенчатые опоры, постепенно принимавшие на себя вес стены, землю из под которой выкапывали и удаляли. В назначенное время опоры в туннеле поджигали. Если все шло по плану, по мере сгорания бревен опора, поддерживающая стену, постепенно исчезала, и часть стены обрушивалась. В стене появлялась брешь для прямой атаки на замок.

Создание подкопов было трудоемким и отнимало много времени. Защитники, узнавшие о подкопе, укрепляли находившуюся под угрозой стену дополнительной стеной, так что разрушения не полностью прорывали оборону. Защитники также умели оказывать противодействие и прокапывали собственные туннели под стенами, пытаясь перерезать туннель противника. Когда туннели сталкивались, настоящее сражение разыгрывалось под землей.

Осада

Осаждающая армия становилась на позиции вокруг замка, чтобы предотвратить бегство или выход из него солдат. Соседние фермы и деревни были заняты осаждающими. Для обнаружения войск противника и добычи продовольствия высылались патрули. Военачальники атакующей армии изучали ситуацию и принимали решение о проведении простой осады замка или активной подготовке к штурму. Если замок было просто довести до сдачи голодом, атакующие сосредотачивались на удержании защитников внутри замка и на предотвращении снятия осады каким-нибудь освободительным войском. Выбор наилучшего способа штурма мог включать следующие возможности:

• Подкоп части стены.
• Выбор участка стены для пробивания в нем бреши камнями из метательных орудий (или пушками, хотя пушки стали эффективным оружием только около 1450 года, к концу этого периода).
• Выбор участка рва (и канала) для заполнения.
• Строительство осадных башен и лестниц для подъема на стены.
• Выбор ворот или другого участка для пробивания тараном.

Скорость проведения работ по подготовке к штурму зависела от безотлагательности взятия замка, перспектив его сдачи и количества имевшейся рабочей силы. Если у атакующих было достаточно продовольствия, военная помощь осаждаемым не ожидалась, и было весьма вероятно, что защитники капитулируют после того, как их честь будет удовлетворена, работа по подготовке к штурму могла представлять собой не более, чем спектакль. Если запасы атакующих были ограничены, со дня на день могло подойти освободительное войско, или защитники не поддавались, приготовления могли идти днем и ночью.

Когда приготовления были закончены, перед штурмом защитникам давали последний шанс сдаться.

Осадное оборудование

Осадное оборудование использовалось для проникновения за стены и другие защитные сооружения замка таким образом, чтобы основные силы атакующей армии, брошенные против защитников, столкнулись с минимальным количеством препятствий. Большая часть оборудования была предназначена для разрушения или пробивания стен. Помимо простой штурмовой лестницы, осадное оборудование, наиболее обычное для средневековья, включало требушет, баллисту, осадную башню, стенобитный таран и большой щит.

Когда стена была пробита или осадная башня установлена, на штурм бросался добровольческий отряд. Этот отряд считался обреченным на гибель из-за огромных потерь, которые он должен был понести. Но оставшиеся в живых из этого отряда обычно получали самое высокое вознаграждение в виде чинов, титулов и добычи.

Требушет представлял собой большую катапульту, усиленную тяжелым противовесом, обычно большим ящиком с камнями. Длинный метательный рычаг оттягивался вниз под тяжестью противовеса, и в орудие вкладывали большой камень. Когда рычаг освобождался, противовес падал, оттягивая метательный рычаг вверх и выбрасывая большой каменный снаряд по высокой дугообразной траектории. Снаряды, выпущенные из этого оружия, круто падали вниз и сокрушали верхушки башен, зубчатые стенки и выдвижные платформы. Разрушить требушетом отвесные стены было трудно, если только снаряды не падали на стену прямо сверху. Требушет не мог быть поврежден стрельбой из луков и защищался от возможных вылазок противника, стремящегося сжечь его. Требушет применялся для разбивания деревянных крыш и метания зажигательных снарядов.

Баллиста представляла собой другой тип катапульты и была усилена закрученными веревками или кожаными лентами. Храповик закручивал веревки, создавая натяжение. Отпущенные веревки раскручивались, выбрасывая вперед метательный рычаг. Когда рычаг ударялся о тяжелый ограничительный брус, снаряд, помещенный в корзину на конце рычага, выбрасывался вперед. Ограничительный брус мог регулироваться для изменения траектории снаряда. Баллисты, по сравнению с требушетом, имели пологую траекторию, но могли развивать такую же мощность. Для заметного повреждения стены могло потребоваться большое количество выстрелов из баллисты. Однако метательные снаряды и обломки разбитой стены помогали заполнить ров, образуя кучу битых камней, на которую нападающие могли взобраться.

Осадные башни придвигали близко к стенам, после чего на стену сбрасывали сходни. Солдаты из башни могли спуститься по сходням и вступить в рукопашный бой с защитниками. Такая башня часто была огромной. Ее приходилось укрывать мокрыми шкурами для защиты от пожара. Из-за большого веса ее было трудно передвигать. Ее нужно было либо толкать, либо тянуть вперед при помощи блоков, заранее установленных на столбах у основания крепостной стены. Чтобы облегчить передвижение башни, следовало заранее подготовить путь, создав настил из досок на плотно утрамбованной земле. Боевая площадка на верхушке башни позволяла лучникам стрелять вниз по замку, пока башня приближалась. Когда башня уже находилась рядом со стеной, солдаты поднимались по лестницам внутри башни. Из-за такого количества приготовлений атаки с осадных башен никогда не становились неожиданностью для защитников. Они предпринимали шаги, чтобы надстроить часть стены, находившуюся под угрозой, или помешать сбрасыванию сходней. Они пытались зацепить башню при ее приближении и свернуть ее набок. До последнего момента осадные орудия должны были стрелять по выбранному участку стены, чтобы помешать защитникам подготовиться к отражению штурма. Если первая группа атакующих переправлялась из башни, по сходням спускался сплошной поток людей для завершения взятия замка.

Стенобитный таран имел большой шест с железным наконечником, который подвешивали в передвижной корпус и подкатывали к участку стены или воротам. Рядом со стеной шест раскачивали взад и вперед так, чтобы он бился об стену. Удары были настолько сильны, что пробивали деревянные доски двери или каменную стену, проделывая брешь для атаки. Крыша тарана была покрыта мокрыми шкурами, чтобы предотвратить возгорание. Управление стенобитным орудием было опасным делом. Неприятель бросал сверху на таран большие камни, лил кипящую воду или горящий жир, пытаясь уничтожить орудие или убить управляющих им солдат. Даже после разрушения ворот или разводного моста обычно приходилось еще пробиваться через несколько портикуллисов и сторожку. При осаде Тира зимой 1111-1112 годов, осажденные арабы применили остроумную защиту от тарана. Они сбросили вниз абордажные крючья, зацепили таран и оттащили его от стены. Раз за разом им удавалось не допустить применение тарана.

Весь XVII век в Европе — это непрерывная цепь войн. Основной их целью была борьба за овладение территориями, за расширение пределов государства, что предопределяло его экономическую и военную мощь. А это в свою очередь давало шансы на само существование государства. Чем оно было мощнее, тем меньше было соседей желающих в очередной раз перекроить границы, т. е. в какой то мере обеспечивало хотя бы несколько лет мира. Мир же был необходим любому государству для экономического развития, процветания торговли, земледелия, для повышения благосостояния граждан. Ведь в конечном счете наиглавнейшая задача государства это защита своих жителей и обеспечение их спокойной жизни

Словом: если хочешь мира — воюй.

Французские пикинер и мушкетер периода Тридцатилетней войны

От автора. Единообразной и определенной военной униформы в это время еще не существует. Каждый солдат одевается в то, что сочтет нужным, включая средства защиты (металлические шлемы, доспехи и т. п.). Однако существует более или менее определенное (в основном в элитных частях, лейб-гвардии и т. п.) сочетание цветов одежды зависящих от родовых цветов того или иного властителя.

Основой обороны границ всех европейских государств на протяжении веков, заканчивая концом XIX века, была система крепостей, расположенных во всех ключевых точках границы и внутри территории страны. В основном ключевыми точкам являлись удобные для вторжения врага дороги, переправы (мосты, броды) через реки, входы и выходы из ущелий в горной местности, горные перевалы, удобные для высадки десанта бухты, существующие порты, судоходные реки и т. п.

Отсюда и сухопутные войска каждой страны подразделись:

• крепостные войска (гарнизоны крепостей),
• полевая армия.

От автора. Я здесь сознательно совершенно не касаюсь флота и войны на море, чтобы не рассеивать внимание читателей, хотя весьма часто морские сражения были частью войны этого столетия вообще.

Естественно, главным элементом сухопутных войск была полевая армия. Именно она вторгается во вражеские пределы и наносит поражение войскам противника. Однако в XVII веке вся война обычно сводилась к осаде и взятию крепостей противника. Армии сталкивались в открытом полевом бою весьма нечасто, и как правило полевые сражения не являлись решающими для достижения победы в войне поскольку обе стороны истощали свои силы, расходовали порох, а исход сражения обычно оставался неясным и неопределенным.

А вот взятие одной или нескольких крепостей обычно предрешало исход кампании.

Въедливый читатель сразу задается вопросом: почему столь важно захватить крепость или даже две? Ведь крепости нигде не образуют сплошную линию подобно Великой Китайской Стене. Между крепостями десятки, а то и сотни километров. И практически всегда полевая армия может пройти между ними, оставив их в тылу.

Типичная крепость XVIII века Перпиньон

Что сказать на это?

1. Крепости-то располагается там, где движение как вражеских войск, так и грузов снабжения для вражеской армии, наиболее удобно, а то и вовсе это единственно возможная дорога.

2. Полевая армия — это достаточно компактно сосредоточенное количество личного состава с лошадьми, пушками и т. п. Занимает она несколько десятков кв. миль. А вокруг пустота. В лучшем случае позади полевой армии лишь слабые заставы, конные разъезды, малочисленные комендатуры в населенных пунктах. Оставшийся позади мощный гарнизон вражеской крепости легко может совершать вылазки и отрезать полевую армию от путей снабжения. В таком случае полевая армия подобна человеку, которому горло сдавили веревкой.

3. Если для исключения вылазок у крепости оставлять достаточные силы, то своя полевая армия тает без боев, оставляя у каждой крепости часть своих сил. При этом полевая армия врага получает возможность приходить на помощь своим осажденным крепостям и громить армию вторжения по частям.

Возникает и другой вопрос: а в чем сила крепостей и почему так важна их оборона, если все равно крепость будет взята?

А сила крепости в том, что:

1. Для успешной осады и взятия крепости требуется превосходство в силах примерно в 10 раз, иначе успех гарантирован быть не может.

2. Осада крепости приковывает к себе если не всю полевую армию нападающих, то очень ее значительную часть, что в свою очередь позволяет полевой армии обороняющихся в свою очередь напасть на крепости противника.

Тут получается: кто кого. Исход осады крепости неясен до конца сражения. Тем в общем-то и прославился знаменитый французский фортификатор и полководец де Вобан, что он умел провести осаду достаточно быстро и успешно. Всякий раз он переигрывал военачальника противной стороны.

От автора. Сегодня очень много российских историков, рассматривая ход Великой Отечественной войны, особенно ее начальный период, буквально с микроскопом на столе рассматривают ошибки, ошибочки советских высших военачальников и объясняют наши неудачи, — одни едва ли не скрытым предательством тех же Жукова, Павлова, Кузнецова и т. д., другие же объясняют причины катастрофы лета 1941 буквально тем, что нужная директива не была послана в войска на полчаса раньше, не так в ней были составлены фразы, тем, что и эти директивы не были исполнены должным образом. Как будто, если все сделать немного иначе, так победа у нас в кармане.

Отсюда простое решение: подойдя к крепости, взять ее. Взять как можно скорее и с наименьшими потерями. Тем паче, что в захваченной крепости можно пополниться порохом, орудиями, мушкетами, продовольствием, лошадьми, заплатить своим солдатам жалованье деньгами, отнятыми у врага. Да и извечный солдатский обычай грабежа гражданского населения и насилия нельзя сбрасывать со счетов. Это своего рода премия солдатам за успешный штурм. Так было, есть и всегда будет, включая и век XXI. Только нынче сие всячески стыдливо замалчивается и скрывается либерал-демократами с помощью СМИ, а те простые времена делалось открыто, без стеснения. Скажем, прославленный российский полководец А. В. Суворов в своих приказах не раз указывал: «Возьмете город, трое суток он в вашем распоряжении».

Впрочем, в XVIII-XIX веках значимость крепостей постепенно снижалось. Напомним, если в начале XVIII века в русско-шведской войне (т. н. Северная война) самые знаменитые сражения так или иначе связаны со взятием или обороной крепостей (Нарва, Шлиссельбург, Полтава), то в войну 1812 года о сражениях за крепости почти не упоминается. Хотя, отметим, что в немецком учебнике для пехоты издания 1914/15 года вобановский метод постепенной атаки долговременных укреплений все еще упоминается (стр. 172).

В чем же причина того, что в XVIII-XIX веках война все больше перемещалась от стен крепостей в поле, хотя сами по себе вобановские методы осады и взятия укреплений использовались еще более чем полтора века?

Дело в том, что способ осады и взятия крепостей постепенной атакой, доведенный до совершенства Вобаном, при всех его положительных сторонах, страдал тем, что требовал огромной численности осаждающей армии и особенно ее артиллерии, большого расхода пороха, других материальных средств. Порой вся полевая армия оказывалась на несколько недель и месяцев привязана к одной крепости. А это позволяло обороняющейся стране искать и находить пути противодействия агрессору, начиная контрдействий своей полевой армии и до создания коалиций и союзов нескольких стран против агрессора. К тому же армии постепенно становились все более многочисленными, военные средства все более совершенными, что позволяло в двух последующих веках нередко блокировать крепость достаточно сильным, но относительно небольшим отрядом, а остальная армия между крепостями устремлялась к вражеской столице.

С тем, чтобы были понятны термины, упоминаемые ниже по тексту, поясним их наглядно:

В общем и целом действия по взятию крепости назывались осадой. Осада по времени могла занимать от недели до нескольких месяцев. Например, осада Маастрихта в 1673 году французскими войсками под командованием Вобана длилась с 17 по 29 июня, Гент пал через шесть дней, Намюр в 1695 г. осаждали пять месяцев, а Монс в 1691 г. сдался только после 9 месяцев.

Расход ресурсов для взятия крепости был огромен.

Например, осада Монса в 1691 г. обошлась французскому королю в 106 000 пушечных ядер, 7 000 мортирных бомб, 40 000 ручных гранат, 100 000 фунтов черного пороха, 64 000 лопат и других инструментов для разработки грунта и 30 000 мешков с грунтом.

Осада обычно состояла из следующих этапов:
1. Предложение почетной капитуляции.
2. Блокада крепости.
3. Постепенная атака.
4. Бреширование.
5. Штурм.
6. Капитуляция.

1. Предложение о почетной капитуляции

Осаждающие войска, приблизившись к крепости, располагались в зоне вне досягаемости крепостной артиллерии несколькими лагерями, которые сразу же укреплялись, т. е. вокруг каждого лагеря возводились простейшие полевые укрепления (апроши, равелины, редуты) и заграждения (рогатки, волчьи ямы и т. п.).

К коменданту крепости отправляли парламентеров с предложением о почетной капитуляции, т. е. сдачи крепости без боя. Условия сдачи в зависимости от соотношения сил, общей военно-политической обстановки могли быть разными. Стандартными же условиями были следующие:

• войска покидают крепость со знаменами, холодным и огнестрельным оружием, оставляя пушки, порох, продовольствие, лошадей;
• гражданским жителям гарантируется сохранность их имущества, жилищ, скота, денег, свободное оставление крепости. Они лишь выплачивают определенную контрибуцию.

В литературе пишется, что, как правило, капитуляция гордо отклонялась. Однако, в действительности дело нередко обстояло иначе. Коменданту приходилось прикидывать шансы на успех обороны (соотношение численности своих войск и войск противника, запасы пороха и продовольствия, вероятность прихода на помощь своей полевой армии, моральное состояние своих солдат и гражданских жителей). Немало было случаев, когда местные гражданские жители принуждали коменданта к капитуляции поскольку им не улыбались условия штурма и последующие безобразия со сторон победителей. Да и в целом симпатии жителей могли быть на стороне осаждающих.

В случае отказа от капитуляции наступал второй этап осады.

2. Блокада крепости

Осаждающие перекрывают конными и пешими дозорами и укрепленными постами все пути (как по суше, так и по реке), ведущие в крепость, исключая тем самым сообщение крепости с внешним миром.

На удалении примерно 2,5 км от крепости возводится циркумвалационная линия. Это система валов и полевых укреплений (реданы, равелины, редуты). Эта линия предназначена для защиты осаждающих войск от внезапных нападений частей полевой армии противника извне с целью оказания помощи крепости и ее деблокирования.

На схеме осады Маастрихта циркумвалационная линия показана сплошной. Однако в действительности она обычно была прерывистой и укрепления возводились лишь в тех местах, где был возможен прорыв противника извне. На сплошную линию никогда не хватало ни сил, ни времени. Даже с привлечением местного населения и их лошадей в порядке трудовой повинности. Так при осаде Маастрихта, к работам по созданию циркумвалационной и контрвалационной линий было привлечено до 20 тыс. крестьян и до 5 тыс. крестьянских лошадей. Ведь протяженность линии, отстоящей от крепости на 2,5 км. составляет более 16 километров.

Местное крестьянство также было обязано помочь изготовить туры, фашины и заготавливать хворост. Они должны были снабжать армию осаждающих лошадьми и рогатым скотом, инструментами, трелевочными прицепами и повозками, и часто едой и жильем.

На дальности действительного огня крепостных орудий осаждающие возводят контрвалационную линию. Ее задачи аналогичны, но она предназначена для отражения вылазок гарнизона крепости.

Укрепленные лагеря осаждающих располагаются между циркумвалационной и контрвалационной линиями. Они обычно размещаются в ключевых точках, откуда удобно направлять части для отражения как вылазок гарнизона, так и от нападений извне. При них же располагаются осадные артиллерийские парки.

3. Постепенная атака

Постепенная, или как ее еще называют, правильная атака, начинается с выбора наиболее уязвимых мест центральной крепостной ограды. Таких мест назначается обычно не менее двух-трех. Считается, что только одно направление атаки настоящее, а остальные ложные. Однако, в действительности сами осаждающие не всегда знали, какое направление истинное. Тут все зависело от того, насколько успешно развивалась атака на том или ином направлении.

Впрочем, в зависимости от конкретной крепости удобное направление атаки могло быть единственно возможным.

Мы покажем постепенную атаку на участок крепостной ограды, имеющей два бастиона и три равелина.

Итак, от вала контрвалационной линии в сторону крепости отрываются зигзагообразные траншеи подступа шириной около 3 метров так, чтобы от их концов до укреплений крепости оставалось порядка 800-900 ми от них влево и вправо отрывается дугообразная траншея, называемая первой параллелью. Ее ширина 3 метра с тем, чтобы по ней могли передвигаться не только солдаты, но и пушки и повозки.

На этом же уровне оборудуются осадные батареи (1).

Поскольку эти работы выполняются уже в зоне действительного огня крепостной артиллерии, то отрывка траншей и возведение батарей осуществляется сапным способом, который заключается в том, что сначала вперед выдвигаются щиты, защищающие от шрапнели и под их прикрытием начинается отрывка траншеи. По мере углубления траншеи на ее переднем бруствере устанавливаются туры, заполняемые грунтом.

Рисунок, показывающий порядок отрывки траншеи сапным способом взят из перевода книги Вобана. («Книга о атакъ и оборонъ кръпостей изданная через господина де Вобана. Санктпетербургъ. 1744»)

По похожей схеме возводятся осадные батареи.

По мере возведения осадные батареи немедленно открывают огонь на подавление крепостной артиллерии, располагаемой обычно на бастионах. Преимущество крепостной артиллерии состоит в том, что орудия расположены выше чем орудия осаждающих (а значит могут стрелять дальше и точнее) и имеют более лучшую защиту в виде каменно-земляных парапетов.

Недостаток же крепостной артиллерии заключается в том, что количество орудий на бастионах ограничено, тогда как осаждающие могут обеспечить себе превосходство в количестве стволов, действующих против того или иного бастиона. Кроме того, осаждающим не требуется обычно экономить порох, имея его постоянный подвоз, тогда как обороняющиеся могут рассчитывать лишь на свои запасы.

Так что у осаждающих достаточно шансов привести артиллерию бастионов к молчанию. По мере этого, осадная артиллерия переходит к разрушению стен бастионов, куртин и равелинов.

По мере приведения к молчанию бастионной артиллерии от первой параллели в сторону крепости отрываются траншеи подступа для второй параллели, которая отрывается на удалении порядка 400 метров от бастионов. Во второй параллели создаются опорные пункты (укрытия) для пехоты осаждающих, поскольку здесь уже следует ожидать вылазок вражеской крепостной пехоты с целью сорвать работы осаждающих. Также во второй параллели выставляются полевые караулы с целью контроля за действиями осажденных.

Кроме того на второй параллели устанавливаются защищенные батареи, которые открывают анфиладный и рикошетный огонь в направлениях фасов бастиона. Это дает большие шансы очистки бастиона от стрелков обороняющихся и его оставшихся пушек. Батареи устанавливаются на платформах и защищаются земляными валами, турами, траншеями и так далее. Батареи могут также быть развернуты на кавальерах (земляных насыпях) , которые доминируют над парапетами бастионов.

На рисунке показаны направления ведения анфиладного огня.

Между второй и третьей параллелями, могут отрываться участки траншей, которые называются полупараллелями, где развертываются дополнительные батареи и где сосредотачивается пехота для предстоящего штурма.

По завершении работ на второй параллели процесс приближения к крепости повторяется. Отрываются зигзагом траншеи траншеи подступа для третьей параллели, которая отрывается у кромки гласиса. Таких траншей подступа делается больше, поскольку с укрытого пути перед гласисом обороняющиеся уже ведут ружейный огонь по наступающим.

В траншеях, которые правильнее было бы называть ходами сообщения устраиваются отдельные участки траншей, из которых стрелки атакующих также ведут ружейный огонь по осажденным. особенно, если те совершают вылазку.

Здесь же устраиваются т. н. траншейные кавальеры. Цель этих возвышенностей, создаваемых из трех или четырех слоев туров, заполненных землей заключалась в доминировании и нейтрализации противника гранатами и ружейным огнем.

Также на третьей параллели устанавливаются мортирные и пушечные батареи, которые открывают огонь по бастиону и соседним укреплениям обороняющихся. Мортиры ведут огонь разрывными ядрами с целью исключить подход резервов обороняющихся к атакованному участку и попытки возвести поспешные оборонительные сооружения.

Здесь потребуются некоторые пояснения.

Гласис — это насыпь высотой около 2 метров около рва и постепенно полого снижающаяся до нуля в направлении поля. Край же гласиса, у рва практически вертикальный. Пространство между краем гласиса и рвом называется укрытым путем. Здесь располагаются стрелки обороняющихся и отсюда они ведут огонь по атакующей пехоте противника.

Если противнику удалось приблизиться к гласису и взойти на него («оседлать гребень гласиса»), то обороняющиеся стрелки по укрытому пути уходят внутрь крепости, оставляя гласис и укрытый путь противнику.

От автора. То, что стрелки оставили эту позицию, мало что дает наступающим. Они оказываются на совершенно открытом пространстве, не имя никакой защиты и будучи поражаемыми ружейным огнем с бастиона, куртины и равелина. Чтобы ворваться в крепость, им нужно спуститься в ров, который обычно весьма глубок, захватить или обойти равелин и подняться на куртину. И это под ружейным огнем, а то и под огнем противоштурмовых пушек, стреляющих картечью. Такое предприятие самоубийственно и не сулит успеха. Обычно так никто и не делал. Многочисленные фильмы, живописующие штурмы крепостей, когда солдаты по приставным лестницам карабкаются на стены, не более, чем выдумка киношников, не слишком сведущих в тактике войны XVII-XVIII веков. Столь же лживы и картины того времени, изображающие штурмы крепостей.

Равелин — это треугольное в плане незамкнутое сооружение для стрелков. Он предназначен для защиты стены, соединяющей между собой два бастиона и называющейся куртиной. Пушки на равелине обычно не устанавливаются. Куртина это самое слабое место крепостной ограды.

По вышеизложенным причинам атакующим приходится прокладывать траншеи уже по гласису и на его гребне устраивать венчающую параллель (четвертую параллель). На этой параллели либо устанавливались тяжелые пушки для разрушения стен бастиона или куртины, либо под бастион подводилась мина с тем, чтобы разрушить бастион.

4. Бреширование

Дальше все зависит от принятого решения. Этап осады, называемый брешированием заключался в разрушении бастиона либо огнем артиллерии, либо миной.

От автора. Бреширование могло отнимать от нескольких часов до нескольких дней и даже пары недель. Тут все зависело от прочности бастионов и степени сопротивления осажденных, понимавших, что дело движется к развязке. Неизбежно сопротивление нарастало поскольку уже было ясно, что именно этот участок выбран атакующими в качестве главного направления удара. Да и времени артиллерии для разрушения стен требовалось немало, Прокладка мины могла занимать еще больше времени.

На рисунке: типичная бреширующая батарея, устраиваемая на венчающей параллели. Такие батареи вели огонь с очень близкого расстояния (порядка 50 метров). По расчетным данным для разрушения эскарпной стенки (стена бастиона или куртины) требовалось около 1 тысячи попаданий.

По данным книги П. С. де Сенъ-Реми «Меморiи или записки артiллерiйскiя. Том первый.» чугунная пушка (24- или 16-фунтовая), т. е пушка крупного калибра в день может производить летом от 90 до 100 выстрелов, зимой 65-75 выстрелов. Т. е. для пробития одной бреши требовалось сосредоточить на одной цели до 10 орудий. Это давало возможность создания бреши в течение 1-3 дней.

Если установка бреширующих батарей была затруднена или невозможна, или же было недостаточно тяжелых пушек, то осаждающие с гласиса подводили под стену бастиона мину и взрывали ее. Этот способ требовал значительно больше времени (не менее недели) и пороха расходовалось значительно больше. К тому же требовали опытные офицеры-минеры, которые могли подвести мину точно под стену и правильно рассчитать заряд.

От автора. А это вовсе не просто. Под землей ведь не видно ни по вертикали, ни по горизонтали, куда идет галерея. Сегодня-то специалистов по прокладке туннелей и шахт, именующихся маркшейдерами, готовят в университетах четыре-пять лет. И это при современных измерительных приборах.

Для того, чтобы атакующие могли спуститься в ров, обычно с гласиса ко дну рва прокладывали наклонную галерею. По сути дела это тоже мина, но здесь было нецелесообразно было производить взрыв, т.к. атакующие оставались под защитой земли до самого последнего момента.

5. Штурм

В течение ночи подразделения атакующих выдвигаются и накапливаются в венчающей параллели. Второй эшелон атакующих накапливается в третьей параллели, а резервы во второй. Режим огня артиллерии стараются не менять, чтобы не насторожить обороняющихся. Чаще всего штурм начинался с восходом солнца, поскольку ночной бой чреват неразберихой, неорганизованностью. В темноте свои могут бить по своим же.

Как правило, это был решающий момент в борьбе за крепость.

Во рву или на развалинах бастиона разворачивались рукопашные схватки. Обе стороны стягивали к месту схватки все свои резервы. Например, при штурме Филлипсбурга в 1676 году во время схватки за бастион погибло с обеих сторон до 1200 солдат. Кроме того, осажденные нередко успевали построить позади разрушенного бастиона или куртины земляное оборонительное сооружение и подтянуть на него пушки, с которого они встречали осаждающих огнем.

Если не удалось отразить атаку в районе главной крепостной ограды и атакующие прорвались внутрь, осажденные могли завязать уличные бои, но обычно отходили в цитадель, где могли продолжать сопротивление или начинать переговоры о капитуляции на приемлемых для себя условиях. В общем, это уже была агония крепости, за исключением случаев, когда атакующие ворвались в крепость на исходе своих сил и в уличных боях их силы иссякали, а резервов уже не оставалось.

Часто цитаделью крепости являлся старинный феодальный замок, с которого когда-то и начиналась крепость.

Впрочем, этот момент мог стать критическим для атакующих, если дисциплина среди них была низкой. Вовсе нередко случалось, что солдаты спешили воспользоваться плодами победы, и не добив противника, разбредались по домам, чтобы насиловать женщин и грабить горожан. Это давало возможность осажденным изменить ход событий в свою пользу.

Цитадель крепости Laferrire

Впрочем, в цитадели осажденные уже не смогут продержаться долго. Ограниченность гарнизона, ограниченность запасов цитадели позволяли осаждающим просто блокировать цитадель относительно небольшими силами и дожидаться капитуляции поскольку вся остальная крепость уже была в их руках.

6. Капитуляция

Если к этому моменту комендант крепости еще сохранял за собой цитадель или часть крепости и некоторые укрепления еще не были взяты осаждающими, то он поднимал белый флаг и с помощью барабанщиков подавал сигнал перемирия. По тогдашним правилам командир осаждающих должен был остановить боевые действия и подать своими барабанщиками сигнал перемирия.

После этого обе стороны обменивались посредниками и заложниками с тем, чтобы обсудить условия капитуляции. Если удавалось договориться об условиях капитуляции, то назначалось время сдачи.

Документально оговаривались различные условия, такие как время, условия и места сбора солдат и их ухода из крепости, судьба раненных, заложников, военнопленных и дезертиров, так же как сохранение или лишение флагов, имущества, вооружения и запасов.

В семнадцатом столетии сдача обычно сопровождалась своего рода ритуалом. Если обороняющиеся боролись с храбростью, побежденному гарнизону оказывались почести. Частям, проявившим стойкость в обороне, позволяли уходить с развернутыми знаменами под барабанный бой и часто с холодным оружием. Но во всех случаях победившим оставались лошади, порох и пушки.

От автора. Не думаю, что солдаты и офицеры тех времен были благороднее и гуманнее сегодняшних. Просто война была менее жестокой и очень часто вчерашние враги становились союзниками. Различного рода межгосударственные союзы заключались и расторгались очень часто. Да и относительно мягкие условия капитуляции, обычно соблюдавшиеся обеими сторонами, способствовали тому, чтобы сражения за крепости были бы не слишком ожесточенными. И наемные солдаты, из которых состояли тогдашние армии, стремились сохранять за собой возможность переходить из одной армии в другую.

От солдат и офицеров побежденной стороны обычно требовали обязательства не принимать дальнейшего участия в данной кампании на стороне побежденных. Нередко, особенно если это были единоверцы и представители той же нации, им предлагали службу в армии победившей стороны. Иностранных наемников обычно провожали до границы страны.

Гражданские городские власти должны были выдать победителям городские ключи, разоружить городское ополчение и сдать свое оружие и артиллерию. Обычно на местное население налагалась контрибуция и оно должно было содержать гарнизон победителей.

Любопытный момент: победители должны были уничтожить все свои траншеи и параллели, возведенные артбатареи с тем, чтобы полевая армия противника не смогла бы воспользоваться ими для осады крепости. В зависимости от намерений короля победившей стороны и военно-политической обстановки, городские власти были обязаны либо восстановить разрушенные укрепления, либо наоборот полностью их уничтожить.

Этим заканчивался процесс осады крепости.

Разумеется, здесь описан идеальный случай осады крепости, заканчивающийся полным успехом. В жизни нередко происходило иначе. Успех или неудача осады зависели от очень многих факторов, среди которых военные таланты руководителей осады и обороны, обеспеченность той и другой стороны вооружением, порохом, продовольствием, лошадьми, боеприпасами, водой, численность и обученность личного состава (прежде всего артиллеристов и пионеров), военно-политическая обстановка, моральное состояние личного состава противоборствующих сторон и многое другое.

Талант военачальника в том и состоит, что он должен уметь максимально использовать свои преимущества и сводить на нет преимущества неприятеля.

Источник: army.armor.kiev.ua
Авторы: Веремеев Ю. Г., Мартыненко Ю. И.

Уничтожить Звезду Смерти. Взятие крепостей

Автор: Андрей Маров

Как мы недавно выяснили, любая крепость существует, чтобы пасть в отдалённой перспективе – потому что при достаточном количестве времени иили ресурсов у противника захват становится неизбежным. Характерный пример – это осада испанцами Остенде, города во Фландрии. С одной стороны – море, с другой – болота, узкая полоска дюн, куча бастионов, да ещё и подкрепления по воде подвозят – но через три кровавых года Остенде захватили (к этому мы ещё вернёмся). Да что там Остенде, Кандию турки осаждали 21 год – и в конечном итоге тоже взяли. Но вот в чём проблема – если раньше защитники могли противопоставить атакующим только высокие стены да лучников на них, то теперь пушечным огнём получалось огрызаться вполне болезненно, а главное – эффективно. Что же надо было делать атакующим, чтобы взять звездообразную крепость?

Также всегда при осадах артиллерия стреляла поверх стен, по внутренним сооружениям. Да, это было малоэффективно, поскольку чтобы выкосить весь гарнизон таким огнём, нужно было потратить уйму времени и ресурсов. Но каждый раненый солдат, каждое разрушенное здание – всё это работало на атакующих, особенно если крепость была полностью отрезана от внешнего мира. А уж если за стенами находился город – то эта тактика вообще становилась обязательной. Городским ведь тоже нужно где-то жить, что-то пить и есть, а если по улицам 247 бьёт артиллерия, до колодца не дойти, в стене дома дыра с человека размером, а у тестя руку осколком оторвало – тут недалеко и до бунта. Как правило, это и происходило, так что тактика себя оправдывала. Можно было ещё выкатить пушки на искусственные рампы, чтобы они стояли выше и стреляли дальше. Короче, «Сожжём побольше пороху, прольём поменьше крови», как говорил отец осадного дела Себастьен Ле Претр, маркиз де Вобан.

Про «медленную атаку» имени Вобана, отлично расписал ув. Bedal в многочисленных комментах к прошлой записи.

Далее, сапёрное дело. В этот момент осада очень сильно начинает напоминать Первую Мировую, с бесконечными лентами окопов. Сначала вне дальности артиллерийского огня копались т.н. «Подходы», по которым можно было подойти к стенам поближе. Как только подходы оказывались в зоне поражения пушек, начинали копать круговую траншею вокруг крепости, которая являлась, по сути, передовой базой для наступления. От круговой траншеи копались сапы, которые представляли из себя ход в земле, идущий в сторону укреплений. Сапа всегда представляла из себя ломаную линию – чтобы вдоль неё нельзя было стрелять, ведь защитники только и ждут, как бы запульнуть в наступающие силы пару ядер. В дополнение к этому, сапы соединялись между собой, образуя ещё несколько круговых траншей – в которые, например, очень удобно затаскивать пушки для обстрела обороняющихся. Ну, и, конечно же, куда же без такой классики сапёрной войны, как подкопы. Подкопы могли делать, например, чтобы подложить под стены взрывчатку, чтобы проникнуть в город, на худой конец, чтобы уничтожить вражеских сапёров, которые с той стороны стены занимаются теми же весёлыми вещами. Короче, при осаде солдаты больше копали, чем реально занимались войной. Проблема в том, что во время всех этих копаний в земле повышался шанс получить в теле лишнее отверстие, так что занимавшиеся этим люди требовали доплату «За риск». Конечно же, про защиту никто не забывал – копали в основном ночью, а в качестве прикрытия использовали бочки с землёй.

В случае Остенде крепость держалась три года — до 1604 г., и ресурсы обороняющихся голландцев иссякли раньше. Город был полностью разрушен. Человеческие потери обеих сторон составили от 78 до 100 тыс. человек убитыми и ранеными (около 70 тыс. приходится на испанцев). Для начала 17 в. такое число военных потерь огромно, тем более что это цена за одну только крепость. Для Испании все эти жертвы не стоили того: хотя испанцы вроде как вышли из осады и кампании в целом победителями, через несколько лет им, истощившим свои силы долгой войной, пришлось заключать с голландцами перемирие, а еще позже и навсегда согласиться с их независимостью.

Гениальный Вобан родится через 30 лет.

На заглавной картинке изображён подрыв понтонного моста в Антверпене брандером Hoop 4 апреля 1585 года

Автор: Андрей Маров

Оригинал